ljubush (ljubush) wrote,
ljubush
ljubush

Categories:

Автобусные записи

Дневниковые записи месячной давности, всё не было времени напечатать. С тех пор многое изменилось: и в море, и в мире, и у нас. И Максимыч «отпал», так и не доделав работу, но я рада, - разберусь постепенно.
В Бат Яме я люблю наблюдать за серфингистами. Гребут в море, ныряя под волны, дожидаются «девятого вала» и несутся к берегу. Снова гребут, и так бесконечно. Ради мгновенья полёта столько труда и терпения! Зато стройные.
А я теперь могу ходить с табличкой на груди, как герболайфщики: «Хочешь похудеть, спроси меня, как!»
Пе-ре-езд!
Думала, что сброшу пару кило, очень на это рассчитывала. А ушли четыре, и процесс продолжается, уже самостоятельно. Леня, впервые увидев меня после переезда, мрачно сказал: - У тебя фигура стала, как у подростка.
Ему нравятся пышные женщины.

Запись от 24-го августа
Разобрано всё, ура! Ни одной коробки в доме не осталось. Мастерская подготовлена полностью, загляденье! Теперь можно творить спокойно. Мне, для творчества, надо быть сытой, спокойной, счастливой. Всё не так, как у нормальных творцов.

Море сейчас прекрасно. Всё лето были мерзкие медузы и сильные волны. 20-ый год преподнёс много разнообразных сюрпризов. За 16 лет впервые такое буйное море. Но я с ним разговариваю, много и нежно. И вот, наконец, вняло.

Более ранние «автобусные» записи.
Читаю воспоминания княгини Зинаиды Шаховской. В самый раз, после Петкевич. Как всё начиналось, поведение крестьян, красный террор. Первая часть книги, российская, самая интересная. Пишет, что в белой армии были два генерала, которых страшно боялись евреи: Шкуро и Май-Маевский. Леня утверждает, что, насчёт второго, - неправда. Стржельчик в «Адъютанте его превосходительства» играет Май-Маевского. Леня хорошо знает историю, но она – очевидец.
Княжна с юности стремилась к свободе, замуж не собиралась. Свобода – главная цель. Я её понимаю, быть может, как никто. Но замуж хотела. Не догадывалась, что одно исключает другое. Юная княжна была намного меня умнее. Что не помешало ей выскочить замуж в 19 лет.
Лёня говорит, что во мне совершенно нет совковости, настолько я свободна. Ошибается, конечно, - совок во всех. Изживаем потихоньку.

После моря гуляю по Тель-Авиву, есть у меня прекрасная книга Олега Горна, по ней я изучаю «Тайны Белого Города». Ещё бы память, хоть какую-то!
По дороге на море учу французский, в воде потом всплывают какие-то фразы. «Кар он Франс ильнья па дё репа сон фромаж» (потому что во Франции нет трапезы без сыра). Правда, красиво? Прямо начало поэмы. С морем я тоже разговариваю почему-то по-французски, объясняюсь ему в любви, прощаюсь, прошу подождать меня до завтра. Хорошо, что рядом нет никого.

Максимыч иногда забегает. Просит, чтобы я не утонула до окончания ремонта. Потом он забудет Бат Ям, как дурной сон, а мой телефон внесёт в черный список.
Последнее время сообщает, что он по мне соскучился. И что мечтает о шашлыке под водочку. Наверное, мой беззаботный, «паразитический» образ жизни действует на него так волнующе. А я ему отвечаю: - Не делайте из еды культа!
В субботу (8-го августа) отправила сообщение, что даю ему ещё одну, последнюю неделю для завершения работы.
Обиделся. Меня поставили на медленный огонь, и вода в кастрюльке закипела. Сил больше нет жить в этой грязи!

У белорусов тоже вода закипела. Дай Бог им мужества и удачи! Я о них думаю и молюсь. Многие удивляются, как это люди способны на такую чудовищную жестокость. Способны. 20-ый век доказал это во всей красе. Отбор в ОМОН очень строгий: людей туда не берут. Затем начинается учеба, отсеивают всех, в ком есть хоть что-то человеческое, остаются только отличники.
Меня удивляет другое (хотя тоже не очень): посты с «рационально-колбасными» рассуждениями о тяжелых экономических последствиях в оставшейся без Батьки Беларуси.
Tags: моя жизнь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment